История 1. Дом

Единственное, что говорило о наличии дома, среди этого бескрайнего моря снега – это торчащая труба, из которой вился небольшой дымок. Если бы кто-то проходил мимо и смог бы заглянуть в окошко, он увидел бы обычную комнату деревенского дома, где перед печкой в кресле сидел человек. Внимательный заметил бы еще, что и поленница пуста.

Человек старался не шевелиться, так дольше он мог сохранить тепло. Последнее полено он бросил несколько часов назад и оно уже почти полностью догорело. Он не питал иллюзий о своем будущем, просто смотрел на небольшой огонь. Так было проще всего. Было бы совсем проще, если бы не одно маленькое но: мокрый язык лизнул его нос и человек улыбнулся и потрепал за ухом своего последнего друга, который не бросил его, оставаясь с ним в трудную минуту до последнего.

-Подожди, еще совсем немного осталось, — успокоил он его, и огонь погас окончательно, комната погрузилась во мрак, освещаемая лишь тлеющими угольками, — еще совсем чуть-чуть. А пока, чтобы немножко скоротать время, я тебе расскажу, как все было, — он знал, что его голос убаюкивает пса, помогает ему на время забыть боль…

Так уж устроена память человека, что она стремиться запомнить только самое хорошее. Так и я не помнил больничных коридоров и палат. Все это оказалось стерто. Помнил лишь как передо мной оказалось немного разноцветных карандашей и немного бумаги. Кто мне их дал? Подарили? Дали из жалости? Не помню. Помню только радость творчества. Что с рисунками было дальше? Это меня мало волновало. Может кто-то их сохранил, а может, выкинули в ближайшую мусорку…
Так получилось, что я лежал возле окна и мог смотреть как гуляют другие. Дети и взрослые, вместе и порознь. На новый год я заказал Деду морозу всего лишь одно, но самое заветное, желание – выйти на улицу. Оно сбылось – на мой день рождения. Как сейчас помню этот воздух. Он отличался от воздуха моей палаты.
-Интересно, нашел ли кто-то ту маленькую черную ромашку? — человек мечтательно потрепал за ухом своего друга, — я тогда тайком вынес карандаш и украдкой ее нарисовал. Боялся, что больше прогулки не будет.
Прогулки становились все больше и дольше. В одной из прогулок, я услышал еле различимое поскуливание из кустов. Вернулся к себе грязный, ободранный с небольшим комочком, который не мог даже сопротивляться, настолько он истощал. Я до сих пор не понимаю как мне его разрешили оставить? Может просто никому до нас не было дела?
Дни в заботах о друге летели один за другим. Вот помню себя как я кормил его с соски. Вот мы вместе выходим на прогулку. Вот я мастерю ему лежанку и первую игрушку.
-Даже игрушка у моего друга появилась раньше чем у меня, — человек улыбнулся лелея эти воспоминания как одни из самых дорогих. Она и сейчас была рядом с ними – простая игрушка из старой одежды сидела на подлокотнике кресла, словно говоря – Я с вами, ничего не бойтесь.
Тем временем погасли и угольки и больше ничего не освещало небольшую комнатку в засыпанном снегом доме. Человек вздохнул, из последних сил дотянулся до игрушки и положил ее рядом с собой и еще крепче прижал своего друга к себе.
-Нам с тобой надо отдохнуть, — шепнул он ему, — там дальше мы с тобой будем полностью здоровы, я смогу с тобой нормально побегать, у тебя больше не будут болеть ноги от ходьбы. У нас с тобой будут родители и мы будем кому-то нужны. А теперь давай спать, впереди еще длинная ночь…